Соседи
В Москве Кораблевы прожили почти тридцать лет. Он, бывший пилот гражданской авиации Сергей Иванович, вышел на пенсию раньше срока. Она, Елена Викторовна, всю жизнь учила детей музыке в школе. Город стал давить: шум, пробки, поздние звонки от старых друзей Сергея Ивановича и его слишком долгие посиделки в барах. Елена Викторовна решила: хватит. Продали квартиру и купили старый дом в деревне Колотилово, в двухстах километрах от столицы. Там тихо, воздух чистый, и соблазнов никаких.
Поначалу всё нравилось. Дом большой, с печкой, участок шесть соток, за забором лес. Сергей Иванович сразу взялся за ремонт, Елена Викторовна посадила цветы и даже купила пианино, чтобы не терять форму. Они радовались, как дети, когда первый раз топили баню и пили чай на веранде.
А потом появились соседи.
Через забор жили Ширшиковы. Виктор Петрович, тракторист в местном хозяйстве, крепкий мужик с громким голосом и привычкой решать всё быстро. Его жена Татьяна работала дояркой, говорила мало, но метко. У них трое детей, собака по кличке Дружок и старый мотоцикл, который заводили в шесть утра.
Первый конфликт случился из-за курицы. Курица Ширшиковых перелетела через невысокий забор и начала копаться в только что посаженных клумбах Елены Викторовны. Та вышла, аккуратно взяла птицу и отнесла обратно. Татьяна встретила её словами: у нас так принято, куры везде ходят. Елена Викторовна вежливо улыбнулась и сказала, что у них теперь будет по-другому.
На следующий день курицу нашли в супе у Кораблевых. Сергей Иванович сам её поймал и зарезал, не спросив. Виктор Петрович пришёл вечером без звонка, встал у ворот и громко спросил, кто трогал его птицу. Сергей Иванович вышел в тренировочном костюме и спокойно ответил: моя земля, моя курица теперь.
Так всё и началось.
Дальше пошли мелочи, которые накапливались, как снежный ком. Ширшиковы поставили громкий музыкальный центр и включали его по выходным. Кораблевы написали жалобу участковому. Ширшиковы в отместку спустили собаку, и Дружок разнёс половину рассады. Кораблевы поставили новый высокий забор. Ширшиковы ночью подпилили две доски, и забор упал прямо на грядки с клубникой.
Деревенские сначала посмеивались, потом разделились. Одни держали сторону Ширшиковых: москвичи приехали, всё им не так. Другие тихо поддерживали Кораблевых: люди пожилые, хотят спокойно жить. На сельском сходе дошло до крика. Председатель разводил руками: сами разбирайтесь.
Елена Викторовна пыталась мириться. Пекла пироги, несла Татьяне. Та брала, но не благодарила. Сергей Иванович предлагал выпить мировую. Виктор Петрович приходил, пил, а наутро всё начиналось заново.
Зимой стало совсем весело. Ширшиковы чистили снег и сгребали его аккурат к воротам Кораблевых. Те чистили дорогу и сгребали снег обратно. Однажды трактор Виктора Петровича случайно зацепил почтовый ящик москвичей. Сергей Иванович вышел с ружьём, правда незаряженным, просто чтобы напугать. С тех пор ружьё висело на видном месте.
Весной Кораблевы решили поставить колодец прямо на границе участков. Ширшиковы сказали, что вода там их, исконная. Начались звонки в администрацию, замеры, комиссии. Деревенские уже делали ставки, кто победит.
А потом случилось то, чего никто не ожидал. Елена Викторовна упала на обледенелом крыльце и сломала ногу. Лежала в районной больнице. Татьяна Ширшикова пришла первой. Принесла домашнего молока и пирожков. Сидела молча, потом сказала: дуры мы с тобой. Обе.
С тех пор война потихоньку затихла. Не закончилась, нет. Просто стала другой. Теперь они ругаются, но уже без тракторов и ружей. Пироги носят друг другу по очереди. Дружок всё так же бегает по огородам, но его больше не гоняют. А Сергей Иванович с Виктором Петровичем иногда сидят на лавочке и молча курят, глядя на один и тот же закат.
В Колотилово до сих пор говорят: приехали москвичи, думали, тихо будет. А получилось как у всех. Жизнь.
Читать далее...
Всего отзывов
6